Федул Жадный: «Мой пиар – серо-буро-малиновый в крапинку!»

Имя самарского исполнителя Федула Жадного известно каждому поклоннику альтернативной музыки. Сам Федул называет свой стиль «музыкально-маргинальным карикатуризмом», его песни и стихи – ироничные самобытные зарисовки повседневной жизни. Мы побеседовали с Федулом Жадным о музыкальном пиаре, продвижении без денег и особенностях питерской и самарской музыкальной тусовки.

Когда вы с Вадимом Морозовым проводили мастер-класс в Центре корпоративного развития у группы пиарщиков, вы говорили, что признаете только пиар «без денег». А это возможно в принципе?

А это у тебя надо спросить :) Если журналисты сами звонят, сами про нас пишут, и мы никому никогда не платили за публикации – получается, что возможен. Если ты вызываешь интерес – то все возможно.
 

Насколько трудно быть другим, не прогибаться?

Некоторые музыканты пытаются сначала гнуть свою линию, а потом ломаются, едут, например, на «Фабрику звезд». Я такой, какой есть. Были трудные времена: например, лет десять назад в Самаре был рейтинг музыкантов – наверху там были группы типа «Бажинды», «Станционного смотрителя», а на самой последней строчке был я. Как-то у меня полтора года вообще не было концертов. А потом мне, я считаю, повезло. Кстати, любой андеграунд становится популярным на стыке эпох, когда происходят перемены. Если бы Цой появился не в то время, когда коммунизм рушился, он так бы и спился в своей кочегарке.
 

Ты себе ставишь какие-то цели, конечную точку продвижения, или плывешь по течению?

Да не надо ставить никаких целей. Я делаю что-то, пока меня прет. Если почувствую, что не прет, – перестану заниматься этим.


Расскажи подробнее о своем сотрудничестве с известным питерским коллективом «НОМ»…

Мне всегда хотелось быть знакомым с этими людьми – это касается не только «НОМа», я говорю про все подобные группы, которые были культовыми, - типа «Авиа», «Аукцыон», и просто общаться с интересными людьми из андеграунда, петь или не петь с ними – другой вопрос, ну просто быть на их уровне. Не было мысли продвигаться за счет того, что вот спою-ка я с «НОМом». Мы с ними вообще на фестивале познакомились – выступали со старой группой «Стугерон Янссен» и оказались с «НОМом» в одной гримерке. Они нас послушали, я подарил им диски-книжки свои, потом мы созвонились с Иваном Туристом и в ходе разговора родилась идея сделать что-то совместное. Потом так получилось, что у меня была эпизодическая роль в их фильме «Звездный ворс», плюс они задействовали там мое стихотворение. Вообще в этом фильме собрались все звезды, если можно так сказать, русского андеграунда – Кира Миллер, Николай Копейкин, «Ленинград», Стас Барецкий. Со Стасом мы, кстати, очень подружились, даже давали совместный концерт в «Подвале» потом. Часов двенадцать я провел на съемочной площадке, не меньше, люди меня приняли как своего абсолютно. И я тоже не смотрел огромными глазами – типа «я со звездами сижу!», просто нормальная творческая обстановка была. Был момент – я дублировал Трахтенберга покойного, который умер как раз во время съемок фильма. Я его изображал со спины, вполоборота.
 

Есть ли для музыканта польза в профессиональном продвижении?

Мне очень повезло с моим продюсером, Вадимом Морозовым, он помог мне реально на другой уровень выйти. Если раньше меня не принимали за своего на рок-сцене, и уровень концертов был «Подвал»-«Сквозняк» и иногда Тольятти, то благодаря Вадиму я стал выступать в крупных городах типа Пензы, Казани, Москвы и Питера, плюс мы выпустили шесть дисков на известных лейблах и сборник стихов. У меня самого никогда бы не получилось этого сделать, я не организатор, я творческий человек, да и во многих вопросах я не настолько подкован, например, в юридических.
 

А вхождение в музыкальную тусовку что-нибудь дает?

Контакты, общение. Кстати, если говорить о музыкантах – мне очень понравилось, что Стас Барецкий после нашего концерта не вызвал такси и не уехал в гостиницу или на самолет, а мы с ним пошли гулять по Самаре, ночью, пешком, он в своем малиновом «новорусском» пиджаке. Шатались по курмышам местным, орали и пили. И так смешно, когда группа «Фабрика» какая-нибудь говорит: «Ой, мы так любим похулиганить!» Они настоящего хулиганства не видели.

 

Что вообще понимается под пиаром в музыке и что нужно для того, чтобы музыкальный пиар был успешным?

Самый мощный пиаровский инструмент в музыке – это фестивали. Например, есть такой фестиваль – «Пустые холмы», где в принципе не бывает случайных людей. Хорошие фестивали делаются там, куда добраться очень тяжело, в лесах, болотах, чтобы ни один гопник не доехал. И группы, которые там выступают, собирают немереную и очень правильную аудиторию. Для меня, например, была открытием группа из Минска «Серебряная свадьба» - они ни разу не появлялись на ТВ, но под них люди колбасятся. Это, мне кажется, с подачи Интернета, через него узнают сейчас обо всех новых группах, смотрят клипы, слушают, общаются. Ну и сама фестивальная атмосфера, драйв… А вот то, что у нас в Красном Пахаре устраивают, «Рок над Волгой» – я сам там ни разу не был и никогда не пойду туда.

 

Ты правильно сказал насчет Интернета – это довольно мощный канал продвижения для молодых музыкантов…

Ну да, хотя я сам, честно скажу, Интернетом активно не пользуюсь и не особо в нем разбираюсь. Но мой продюсер Вадим Морозов наводит движуху, у нас есть и свой сайт, и сообщество в ЖЖ, и группа ВКонтакте, видео на Youtube, куча всего. Я человек, можно так сказать, старой формации, я смотрю телевизор, вернее, щелкаю по каналам. А те мои знакомые, которые сидят в Интернете, свои телевизоры уже выкинули, потому что они стали не нужны. Хороший, кстати, пример с Интернетом – это Петр Налич. Начал с одного клипа в Интернете, дошел до Евровидения.

 

Как раз успех Налича больше похож на мыльный пузырь. Какое он там место занял на Евровидении?

Тут надо смотреть, что дальше будет. Нельзя выдавать хит за хитом, даже раз в год не надо писать хиты. Раз в два года нормально «выстреливать». Если говорить уже не о пиаре, а о музыкальном маркетинге – на каждом диске должно быть два-три хита, остальное – просто творчество музыканта «для души».

 

Самые удачные и неудачные твои шаги по самопиару?

Неудачным было одно мое выступление в Ульяновске, когда я до концерта в верхней одежде поплавал в бассейне местной сауны, а потом во время выступления не попал ни в слова, ни в музыку. Вот это было не очень. А удачным шагом считаю сотрудничество с Иваном Туристом из питерского «НОМа», у нас с ним сейчас даже совместная программа есть, мои песни, расписанные на два голоса, и еще он снялся в моем клипе «Алкогольный робот». На самом деле, даже если я спою с Филиппом Киркоровым, это ему будет стыдоба, а мне только на пользу пойдет.

 

Ты много говоришь о Питере. А чем, на твой взгляд, питерская среда от самарской отличается?

В Питере люди более свободные, и там нет такого жлобства, как здесь. Тут народ готов удавиться за копейку, я много раз наблюдал молодые группы, которые еще нет никто и звать никак, сыграли два концерта, а третий уже не хотят играть бесплатно и требуют, чтобы «Подвал», например, им платил за выступление по тысяче на человека. А в Питере у нас на концерте за тысячу играл музыкант из известной группы «ХЗ», и то он эту тысячу брать не хотел. А я снимался в «Звездном ворсе» без гонораров, и на фестивалях тоже абсолютно нормально выступать бесплатно.

 

Как ты сам себя позиционируешь и насколько это совпадает или не совпадает с тем, каким тебя видят поклонники?

Ну, я не прихожу, например, за хлебом и не начинаю корчить рожи продавцу, но для ответа на вопрос лучше расскажу одну историю. Я как-то раз вышел из «Подвала», у меня не было денег на такси, только мелочь какая-то в кармане. Я послонялся по улице, зашел в один двор, смотрю, стоят строительные козлы. Я на них залез, укрылся рубероидом и проспал до первой маршрутки. Если бы я был другим, я бы писал другие песни, наверное.

 

Общение с поклонниками как вид пиара – насколько оно важно?

Я не общаюсь с поклонниками как-то специально. Было несколько случаев, когда поклонники, которые ходили на мои концерты, становились в итоге моими друзьями. А на улицах меня нечасто узнают, я же в жизни не так выгляжу, как на сцене. Недавно, правда, в маршрутке какой-то парень спросил: «А вы правда Федул Жадный?»

 

Насколько комфортно тебе быть объектом обсуждений и слухов?

Про меня рассказывают какие-то нелепые вещи. Чаще всего слышал, что якобы я в «Сквозняке» однажды вылил бутылку водки в пластиковый стакан пол-литровый и выпил в несколько глотков. Я бы скончался на самом деле, если бы так сделал. А еще часто женщины рассказывают какие-то небылицы, одна, например, говорит: «За мной Федул Жадный в одних трусах бегал по турбазе!» А я на турбазе-то был один раз в жизни.

 

Можно ли заработать музыкой?

Можно. Я, например, не скажу, что миллионы зарабатываю, но мне хватает. Я могу куда-то съездить, одеться, покушать. Если нужно, могу, кстати, пойти на стройку и заработать там.

 

Что такое PR, по-твоему?

Вот есть пиар черный, есть пиар белый. А пиар от Федула Жадного – он такой серо-буро-малиновый в крапинку.

 

Беседовала Татьяна Выводнова

 

Денис Колесников: «Сериалы я начал озвучивать для себя и… своей мамы!»

Знаете ли вы, что все актеры, озвучивавшие сериал «Как я встретил вашу маму», живут в Тольятти? Там же обитают те, кто озвучивал «Теорию Большого Взрыва», «Все ненавидят Криса» и множество других популярных сериалов. Если честно, речь идет вообще об одном человеке – руководителе тольяттинской студии «Кураж-Бамбей» Денисе Колесникове…

Подробнее